TbINZ

О Несторе Ивановиче Махно в последние годы написано немало. Тем не менее, одно «белое пятно» в истории махновщины остается. Это деятельность чекистской агентуры в махновском движении.

Граждане СССР не имели особого выбора размещения своих свободных средств: только Сберкасса, только хардкор! Зато была уверенность, что ваши вклады завтра не сгорят, как при либералах в 1992 или 1998 году или не растают по-тихому в пучине неизбежной инфляции. Каковы же были проценты по вкладам до войны?

Читаем документ «Об изменении ст. 22 положения о государственных трудовых сберегательных кассах Союза ССР» от 27 сентября 1934 года:

В шелковом платье Donna Karan New York и атласных туфлях Pierre Hardy

«Мы бы, конечно, могли с вами разговаривать на кухне. Или зайти в первое попавшееся кафе. Но сидим здесь — среди цветов, фруктов, свечей. Room with the view, как сейчас принято говорить», — Катя Пескова ловко откупоривает бутылку отличнейшего розе с виноградников Жерара Депардье.

Нет худа без добра: западные санкции встряхнут самый застоявшийся сектор нашей экономики. Нефть в России своя, но мозги и машины в нефтянке всё чаще импортные. Теперь поневоле придётся взяться за ум.

Александр Евдокимов: «Левый сценарий» для России вполне реален

В Советском Союзе ничего не было: ни продуктов в магазине, ни одежды, ни тебе мебели с электроникой; все жили впроголодь, ходили в обносках по 20 лет, и при этом улыбались и веселились, а всё от того, что народ был наивным и доверчивым, и верил в скорый приход светлого будущего.

Союз Советских Социалистических Республик — страна, на которую весь мир смотрел с надеждой. Страна, в которой народ победил своих капиталистов-эксплуататоров и вздохнул полной грудью, шагая от социализма к коммунизму и неся красное знамя демократии в другие, всё ещё капиталистическо-рабские страны.
Что мы повсюду слышим?

Каждый день я читаю, комментирую, публикую статьи и новости из Новороссии. Каждый день при этом я испытываю целую гамму чувств. Одни чувства поддаются логическому, рациональному объяснению. Другие не поддаются. И что я заметил, с каждым днем иррационального становится все больше и больше.

Я восхищаюсь мужеством и действиями ополченцев, меня захватывает эйфория. Я возмущаюсь зверствами карателей, меня охватывает слепая ненависть. И с каждым днем все сильнее. На смену разуму приходят эмоции. Из-под клавиатуры все чаше выскакивают ура-патриотические лозунги и грязные ругательства с пожеланиями смерти.