Добрых слов он заслужил

Т.е. вы подтверждаете, что только сталинскими методами можно за 10 лет достичь того чего достиг СССР с конца 20-х до 41-ого. А, чтобы вам напомнить, что ждало советских людей в оккупации напомню несколько писем.«Угнали меня из родного села зимой сорок второго. Полицай (говорят, он жив) заставил родителей привести детей на колхозный двор. Мне было 14 лет. И повезли нас в Золотоношу.
Помню, как мама бежала за санями, хотела дать мне в дорогу сухарей торбочку и упала в снег, потеряв сознание. А нас увезли. И осталась мама с малолетним сыном, моим братишкой. Ведь старшую сестру Таню угнали в Германию еще раньше».
Зинаида Моисеенко, г. Киев
* * *
«На товарных вагонах фашисты развешали лозунги: «Украина посылает лучших своих сыновей и дочерей в прекрасную Германию в благодарность за освобождение». В тот же майский день 1942 года мы узнали, что в Киеве на площади Богдана Хмельницкого повесили саботажников, которые отказались ехать в Германию. Вот такой была добровольная отправка».
Екатерина Луценко, с. Сунки, Черкасская обл.
* * *
«Играли мы во дворе с мальчишками в «палочки-стукалочки». Въехала большая машина, из нее выскочили немецкие солдаты, стали нас ловить и бросать в кузов под брезент. Привезли на вокзал, машина задом подошла к вагону, и нас, как мешки, побросали туда.
Вагон набили так, что первое время мы могли только стоять. Взрослых не было, одни дети и подростки. Два дня и две ночи везли нас с закрытыми дверьми, слышали только, как колеса стучат по рельсам. Днем еще свет как-то пробивался сквозь щели, а ночью становилось так страшно, что все плакали: нас куда-то далеко везут, а наши родители не знают, где мы. На третий день открылась дверь, и солдат бросил в вагон несколько буханок хлеба. Кто был ближе, успел схватить, и в одну секунду этот хлеб проглотили. Я был в противоположной стороне от двери и хлеба не видел, только мне показалось, что на минуту почувствовал его запах».
Володя Ампилогов, 10 лет
* * *
«28 августа 1943 года из села Меловое угнали всех парней и девушек 1926 года рождения. Мне эта дата врезалась в память как никакая другая. На всех дверях висели списки жителей и приказы: «Если завербованный сбежит, вся семья будет расстреляна».
Наталья Мирошниченко, г. Северодонецк
* * *
«Стали нас отбирать для вывоза в Германию. Отбирали не по годам, а по росту, и я, к несчастью, была высокого роста, как отец, а сестренка, как мать, маленького. Подошли машины, вокруг немцы с автоматами, меня загнали в машину с соломой, сестра кричит, ее отталкивают, под ноги стреляют. Не пускают ко мне. И так нас разлучили...
Полный вагон... Битком набитый... Полный вагон деток, не было никого старше тринадцати лет. Первый раз остановились в Варшаве. Никто нас не поил и не кормил...
Привезли на санитарный, видимо, пункт. Раздели всех догола, вместе и мальчиков, и девочек, я плакала от стыда. Девочки хотели в одну сторону, мальчики в другую, нас сбили в одну кучу, наставили шланг с каким-то непонятным запахом... Не обращали внимания: глаза не глаза, рот не рот, уши не уши, — провели санобработку. Затем раздали полосатые брюки и пиджаки типа пижам, на ноги — деревянные сандалии, а на грудь прикрепили железные бирки «Ost».
Валя Кожановская, 10 лет
* * *
«Выдали мне рабочий номер — 2054, потом завели в барак. Двухъярусные нары, бумажные матрасы, вместо подушек — рвань со стружками.
В три ночи (или утра) полицай оглушительно орал:
«Подъем!» За малейшее промедление безжалостно бьют палкой или куском кабеля. Первая смена в шахту спускалась в 6 часов, голодная. Есть нам давали один раз в сутки, после работы.
Еда готовилась так: в котел на 350 литров бросали одно ведро картошки, три ведра картофельных очистков с брюквой и пачку маргарина».
Василий Соколик, г, Докучаевск, Донецкая обл.
* * *
«Кто-то стонал, кто-то кричал во сне, где-то разговаривали шепотом. Я не мог пошевелить ни рукой, ни ногой, сердце вроде не билось... Постепенно прояснилось сознание, я понял, что жив, лежу на своих нарах. Кругом также лежат голые люди. Они сняли с себя лохмотья, чтобы избавиться от кишащих в них вшей. Но множество этих насекомых шевелится, шуршит в листьях папоротника. Шел сентябрь 1942 года. Шел второй месяц моей жизни в лагере».
Георгий Кондаков
* * *
«В цехе был мастер Вилли. Страшный человек, никогда не снимал повязку со свастикой. Он с нами не разговаривал. Только бил. Особенно доставалось ночью, когда мы падали от усталости.
Почти каждый день кто-то умирал. Со мной рядом спала Тамара Варивода из Кировоградской области. На работу ее не водили несколько дней. Уже не могла вставать. Ночью она умерла. Так и лежали мы рядом до утра. Утром ее унесли».
Нина Чебердина, г. Москва
* * *
[blo

Продолжу.
«Боже, думал, что не вынесу. 26 ударов кабельным шлангом. И еще — узкой дубовой доской. Боль была невыносимой. От удара кабелем лопается кожа и струйки крови брызжут во все стороны. А от ударов дубовой доской тело превращается в негнущуюся глыбу. К счастью, молодой организм выдержал. Я не сложил в лагере руки, я бодался, как мог, сколько хватало сил, энергии и знаний...
Как могли, поддерживали мы в себе силы. Тайком напевали свои любимые песни. На самодельных инструментах на вечерам играли народные мелодии. И ждали освободителей с Востока».
Иван Кривицкий, с. Гусарка, Запорожье
Вот что ждало бы СССР/Россию, не проведи Сталин ускоренными темпами индустиализацию/коллективизацию.

Ты так со своими дружками у себя в подворотне разговаривай, когда на троих "соображаешь".

Которого помиловали, ничего против Сталина не имел до конца дней своих, более того, он говорил, что время было такое. Дисциплина нужна была после гражданской войны. А кроме как силой и страхом, при таких размерах страны, ее никак не навести.
Через родную кровь я не перешагиваю, более того, воспитан я в военной семье, и воспитание получал не из ТВ и подворотни, а из книг, учебников, а так же от родителей и их родителей. Так что, как говорил мой покойный дед, полковник ПВО, который в войну до Берлина дошел, а в 90ые и 00ые ему от государства подарки с просроченными продуктами прислали, "Сталина на них нет!" Я его прекрасно понимаю.

а ты перешагнул- через тех, кто строил страну. Не стыдно?

a0126
Пеши исчо аналетиг :)))

Только у нас можно за американские деньги купить у лиц кавказской национальности товары китайского производства и туркменского качества, а потом долго, чисто по­русски, возмущаться, мол, довели евреи страну :)

>>>Вот они и выступают за Сталина.
Дело не в Сталине. Дело в руководителе страны. А эффективность руководителя страны определяется в первую очередь чего достигла страна под его руководством. И здесь не важно кто: Петр I, Екатерина II, Петр III, Павел I, Александр II (и III), Николай II, Иван Грозный, Сталин, Хрущев, Брежнев, Горбачев, Ельцын, Путин, Медведев. Не важно. Важно чего добилась страна под руководством того или иного руководителя.
И вот если результатом деятельности последнего царя — Николая II было три революции и разрушение Российской Империи, то результат деятельности Сталина определяется короткой, известной фразой "От сохи, до атомной бомбы". Про Сталина довольно точно сказал Лопатников:
"Я не сталинист именно потому, что мне совершенно безразлично, как звали того лидера государства, кто объективно поднял страну до уровня второй державы мира сперва латиноамериканского состояния, куда ее загнала царская власть, а затем — африканского, куда ее в первый раз загнали февральские идиот-либералы. Мне все равно, из каких соображений он поднимал страну: в борьбе за всемирное счастье человечества или, скажем, за "личную власть". Мне все равно, был он пламенным коммунистом, агентом охранки, тираном или матерью Терезой. Важно только одно: ОН сделал. Потому я на его стороне, и считаю все его действия, включая уничтожение пятой колонны, исторически оправданными. Точка."