«Было отчаяние, но от него спасало радио...»

Юрий Левитан
С полей пылающих днепровских,
Где шел наш пыльный эшелон,
Я помню голос этот жесткий,
Военного металла звон.
В дни отступленья и отмщенья,
В дни поражений и тревог,
Он был звучащим воплощеньем,
Небесным голосом того,
Кого от центра до окраин
Любили, страху вопреки,
И звали шепотом: "Хозяин", — Как будто были батраки.
Того, кто их в беде покинул,
Кто гением казался всем,
Кто наводил им дула в спину
Приказом двести двадцать семь.
Я помню грозный этот голос
В те исторические дни.
Он был подобьем правды голой
И дымной танковой брони.
Он говорил о Высшей каре,
Он ободрял и призывал.
Владелец голоса, очкарик,
Был худощав и ростом мал.
В семейной жизни не был счастлив,
Здоровье не сумел сберечь,
И умер как-то в одночасье,
Не дочитав чужую речь.
Но в дни, когда в подлунном мире
Грядет иная полоса,
Когда на сердце и в эфире
Звучат другие голоса,
Когда порой готов я сдаться
И рядом нету никого,
Во мне рокочет Государство
Железным голосом его.
Александр Городницкий

Он любил в буфете Останкино, своим голосом, которым читал сводки информбюро сказать: "А супец то ваш гавно" , или "Дайте бутылку Советского шампанского!"
Великий был человек.

Я его видел живым по телевизору. И меня поразило: по голосу богатырь , а вышел.... Но это сила духа, сила голоса.... Не зря сам Гитлер назначил награду за голову Левитана!