Поломанный

18 сентября журналист и популярный блогер Андрей Мальгин выложил в своем Живом журнале аудиозапись неформального общения Бориса Надеждина со студентами МФТИ, на которой политик комментирует ситуацию вокруг "Правого дела". Утверждается, что Надеждин не знал о включенном одним из собеседников диктофоне.
"Оказывается, 'Правое дело' было личным проектом Медведева, который дал Прохорову фамилии тех, кого надо включить в список кандидатов. Татьяна Толстая, Леонид Парфенов и так далее. И еще он обещал, что 'Правому делу' нарисуют столько голосов, чтобы у него в Думе было 50 мест. Прохоров же включил Пугачеву и Ройзмана и вообще сломал сценарий", — написал Мальгин.

Мира! держи!
!

Продолжается очень ярко
Предвыборный процесс.
Сколько ни корми олигарха,
А он все смотрит в лес.
В партии «Правое дело»
Произошел скандал.
Такого беспредела
Давно никто не видал.
Сколько раз довели до греха
Начальство миллиардеры —
Березовский и МБХ
И Чичваркин, к примеру.
Эксперты ученые спорят,
Обсуждая этот скандал:
В имевшей место истории
Кто же кого наебал?
Покуда мы водку жрем,
Руководство на подмосковных дачах
Напряженно размышляет о том,
Как сделать политическую жизнь народа еще богаче.
Зампредседателя Администрации президента,
Серый кардинал
Говорит: «Давайте расшевелим гнилого интеллигента,
Чтобы прошел и проголосовал».
А поскольку гнилой интеллектуал,
Артист театра погорелого,
Обычно является либерал,
Надо расконсервировать «Правое дело».
За столом никто чтоб не был лишним,
Чтобы каждый был при деле у нас,
Даже если червяк он книжный
Или читатель журнала «Нью Таймс».
И Медведев захотел опереться
На партию «Правое дело»,
Чтобы выбирали сердцем
А не другими частями тела.
Извлекли партию из формалина,
Видят — совсем протух организм.
И решили позвать видного мужчину
Чтобы вдул в нее жизнь.
У мужчины видного денег тьма,
Он возглавляет наш список Форбса.
Вызвали его в терема
И объяснили суть вопроса.
Будет тебе административный ресурс
Никто не положит в рот тебе пальца
Будешь определять самостоятельно курс
Одно условие — не залупаться.
Прохоров стал вдувать дух живой
В окоченевшую организацию,
Ну и, естественно, само собой,
Вскоре начал он залупаться
Он собрал режиссера Лунгина
И режиссера Павла Бардина
И, подобно Сталину, ни хрена
Не стал слушать старую партийную гвардию.
А на старую гвардию нельзя класть болт
У нее в руках пароли и явки
Там такие гиганты духа, как Бовт,
Дунаев и братья Рявкины.
Впрочем, плевать на гвардию старую,
Хоть там люди такие серьезные,
Но по-настоящему тяжелым ударом
Стало включение в списки Ройзмана.
В Кремле вздохнули: «Еб твою мать!»,
Вот это и называется — залупаться.
За Ройзмана могут проголосовать
Не только читатели «Нью Таймса».
А тут еще и Пугачеву
В интеллектуальную партию пригласили.
И начальство задумалось, что хуево
Могут пойти дела у «Единой России».
На хуй! На хуй! Обратно в формалин!
Замахало руками руководство дружно
Нам таких женщин и мужчин
В списках «Правого дела» не нужно.
И для защиты демократии
Были немедленно приняты меры.
Сожрала своего лидера партия,
Как когда-то конвент Робеспьера.
Сожрала, облизнула широкий рот
И пошла переваривать сытный ужин
Эх, не успел он устроить им 37-й год.
А вы спрашиваете, зачем он был Сталину нужен?
Ничего из этого инцидента
Не выведешь, кроме простой морали:
Нельзя иметь дело с интеллигентами,
Пусть уж дальше возле посольств шакалят.

Лет десять-пятнадцать (точнее не помню) назад женился. Где пАрная, такая же как та?! Все какие то другие...

Укрaинскaя деревня, ночь. Мужик под окном хaты (шопотом):
— Мыколa!
оттудa(сдaвленный шопот)
— Чеее?
— Выходь!
— Зaчем?
— Я тут горилки припaс, гaлушки пожaрил, грибочки, огурчики, выпьем!
— Тa не можу!
— a че???
— Тa ебусь я, будь оно нелaдно!!!

Обед! Всем приятного апетита!

Существовала версия, что Гленн Миллер и Юрий Андропов — одно лицо. В основе этой версии исчезновение Миллера и туманное детство и юношество Андропова. Плюс внешнее сходство.

Свежак надрывается. Прет на рожон
Азовского моря корыто.
Арбуз на арбузе и трюм нагружен,
Арбузами пристань покрыта.
Не пить первача в дорассветную стыдь,
На скучном зевать карауле,
Три дня и три ночи придется проплыть
И мы паруса развернули...
В густой бородач ударяет бурун,
Чтоб брызгами вдрызг разлететься;
Я выберу звонкий, как бубен, кавун
И ножиком вырежу сердце...
Пустынное солнце садится в рассол,
И выпихнут месяц волнами...
Свежак задувает!
Наотмашь!
Пошел!
Дубок, шевели парусами!
Густыми барашками море полно,
И трутся арбузы, и в трюме темно...
В два пальца, по-боцмански, ветер свистит,
И тучи сколочены плотно.
И ерзает руль, и обшивка трещит,
И забраны в рифы полотна.
Сквозь волны — навылет!
Сквозь дождь — наугад!
В свистящем гонимые мыле,
Мы рыщем на ощупь...
Навзрыд и не в лад
Храпят полотняные крылья.
Мы втянуты в дикую карусель.
И море топочет как рынок,
На мель нас кидает,
Нас гонит на мель
Последняя наша путина!
Козлами кудлатыми море полно,
И трутся арбузы, и в трюме темно...
Я песни последней еще не сложил,
А смертную чую прохладу...
Я в карты играл, я бродягою жил,
И море приносит награду,-
Мне жизни веселой теперь не сберечь — И руль оторвало, и в кузове течь!..
Пустынное солнце над морем встает,
Чтоб воздуху таять и греться;
Не видно дубка, и по волнам плывет
Кавун с нарисованным сердцем...
В густой бородач ударяет бурун,
Скумбрийная стая играет,
Низовый на зыби качает кавун — И к берегу он подплывает...
Конец путешествию здесь он найдет,
Окончены ветер и качка,-
Кавун с нарисованным сердцем берет
Любимая мною казачка...
И некому здесь надоумить ее,
Что в руки взяла она сердце мое!..