-
16 ноя 11Не знаю, как с гидронасосом, но я своими руками поменял систему подачи топлива, начиная с замены стаканв под бензонасос, его крепления, самого бензонасоса на более производительный, топливных магистралей, впендюривания в рейку регулятора давления топлива.
Зато, еще я вышиваю крестиком... -
-
16 ноя 11А вот взгляд в прошлое русского флота привел меня к интересной мысли и вовлёк в эксперимент. Поясняю. Офицерами на парусном флоте служили преимущественно дворяне, которым не допускалось опускаться до мата, "белая кость" и "голубая кровь" органически не принимали бранных слов черни. Позже на флот приходили офицеры из других сословий, но и это были образованные и культурные люди, воспитанные по одному стандарту с дворянством. Между тем, наблюдая по книжкам их лексикон, можно увидеть, что ещё тогда офицерство пользовалось... как бы аналогом мата. "Ваши благородия" только заменяли неприличные слова на безукоризненные с точки зрения этикета.
"Да как же вы, голубчик..." — "Что ж ты, х.. моржовый..."
"Уж вы, сударь, не обессудьте..." — "А не пошел бы ты к такой-то матери..."
"Честь имею" — "Да пошли вы все на... или в..."
"Не извольте беспокоиться" — "Какого... сюда лезешь" или "Пошёл отсюда..."
"Ах оставьте, голубчик..." — "Да ты уже зае..."
"Уж вы потрудитесь, голубчик" — "Будешь у меня въё... до потери пульса"
В более рисковых ситуациях могли прибавляться флотские и жаргонные слова "амба", "баста", "полундра" и помощь боцмана с дудкой.
Вдохновлённый этим "открытием", я решил попробовать "завернуть бушлат" таким же манером, то есть заменить непечатные слоги витиевато-культурными оборотами. Последствия случились как ожидаемые, так и неожиданные.
Более эффективные результаты эксперимент принес в общении с подчиненными. Но надо отметить, что эффекты были кратковременными, человек ко всему привыкает, а к хорошему особенно. Услышав: "Вы, голубчик, изволили спать на вахте. Ступайте-ка чистить цистерну во искупление своего предосудительного проступка", — борзый матрос не смог даже открыть рот и только растерянно озирался на корешей, силясь понять, что происходит, как к этому отнестись и как после этого жить дальше. А горячий второстатейный дагестанец, решив, что его "опускают", выпрыгнул из собственных штанов и хотел драться, остановил его только привычный трёхэтажный.
У некоторых офицеров благородное обращение так же вызывало непонимание и стремление воссоздать неприличные образы и озвучить названия закрываемых частей тела. Привожу примеры.
Бычку на дешёвый прихват после вчерашней совместной дегустации шила:
— Милостивый сударь, ваш бесчестный поступок вас не украшает.
— Ну ты...ну вы... ну ни х... себе... А ху-ху не хо-хо?
Вахтенному офицеру:
— ПЭЖ — центральный. Сударь, ваши познания корабля пронзили моё сердце, вы даже изволили правильно угадать, где нос, а где корма, а вот посередине — увы...
— Центральный — ПЭЖ... (пауза). Так... нах, будете хамить, сниму, нах, с вахты... Во, бл... ("каштан" выключается). Потом ехидный голос штурмана:
— Чё, чёрт трюмный, зае... служба?
Замполиту:
— Тварищ капитан третьего ранга, пршу покорно отсутствовать на собрании, чиним испаритель.
— Вам, старший лейтенант, чтобы не чинить и не ломать, надо бля всем, и всем бля без исключения... Какое бля тут покорно, почему покорно?
И только двоих из тестируемых сослуживцев не заступорило от благородного мата.
Помощнику командира:
— Милейший, ваши холопы забили-с дучку-с в галюне. Потрудитесь спуститься и посмотреть, чем-с...
— Непременно, душа моя, тотчас спущусь, прочистим очко, и не одно...
Начмеду:
— Извольте, голубчик, прекратить давить физиономию и поторопиться на пробу пищи.
— Не извольте беспокоиться, уже лечу, несу вам бромчик в компотик, чтобы пореже играли в бильярдик.
Да, врожденное благородство, как и чувство юмора, не пропьешь и службой не отдавишь. А может это с одной грядки "овощи"?
Сделано с
NoNaMe