Чат Ⅲ

В 2009 году в Вене была обнаружена уникальная картина. На рисунке, датированном 1909 годом, молодые Владимир Ульянов (Ленин) и Адольф Гитлер играют в шахматы. На обороте имеются подлинные автографы двух будущих лидеров Советской России и фашистской Германии.

Тот, кто сдал сегодня Питер
Под нацистский съезд,
Тот о павших ноги вытер,
Что лежат окрест.
Нам, блокадникам, медали
Нынче раздают.
Мы в войну его не сдали,
А они сдают.
– Для меня стало нервным шоком и источником возмущения это мероприятие, которое я считаю оскорбительным для моего любимого города, для памяти сотен тысяч ленинградцев, наших погибших при защите Ленинграда солдат.
Я считаю, что я патриот. Я люблю свою родную страну. И считаю опасной возможность этой агрессии грязного вируса нацизма, который к нам начали привозить из Европы.
Что значит этот съезд? Что мы сейчас находимся в состоянии, подверженном влиянию чужого нацизма, потому что у нас доморощенного хватит. И зачем накануне 70-летия Великой Победы над фашизмом мы пускаем этих людей сюда, устраиваем все это в городе русской славы, в Питере, где на Пискаревке лежат сотни тысяч ленинградцев? Не оскорбительно ли это для нас для всех? Я старый человек, и мне оскорбительно то, что такой съезд проходит в моем родном городе.
– Я полагаю, что реакция властей должна была быть отрицательной. Я все-таки надеюсь на то, что мы живем в демократической стране, которая борется с фашизмом, а не просто декларирует какие-то политические вещи. А это же самый настоящий фашизм, причем идущий к нам из Европы. Мы говорим о независимой России, что Россия поднимается с колен. Чтобы встать с колен, нам надо прежде всего избавиться от грязного вируса нацизма. Россия — многонациональная, многоконфессиональная страна. Любой нацизм в России грозит распадом нашей великой страны. Ведь это не мононациональная страна, как, например, Франция или Германия. Поэтому для России, для ее целостности, для ее будущего, для ее счастья необходимо нетерпимое отношение к любым формам проявления нацизма.
Смерть бандеровцам! Они уже здесь. Вокруг нас.

Московское днище путинской рашки
Читая глянцевый журнал офиснаго планктона «Time Out», чуть не подавился норвежским анчоусом с божоле из-за страданий российского креаклиата:
Когда ударила первая волна последствий санкций, и курсы евро и доллара взлетели в два раза, все вокруг начали поговаривать о поездке на выходные в Тверь и отпуске в Сочи. За несколько месяцев жизнь в Москве ухудшилась еще больше. Time Out сделал опрос в своей медиа-среде и выяснил, кто и в чем вынужден сокращать потребности.
Мария, 32, PR-менеджер
«Кафе и рестораны. Порции стали еще меньше почти везде, и подняли цены на чай, напитки и соусы. Жлобство. В итоге ходить так часто, как раньше, стало невкусно, не интересно и жабка душит. Еще пришлось сократить количество сотрудников и отпусков, премий и прочих бонусов».
Наталия, 44, журналистка
«Планировала накупить себе в дом дешевого европейского антиквариата-винтажа (светильники и прочее). Но отказалась из-за курса, стоимости пересылки и бессмысленности самой идеи сэкономить. Все дорого. Нашел приличное и недорого — бери и не щелкай клювом».
Оксана, 35, редактор
«Маникюр, педикюр, парикмахерская — раза в 3-4 реже, чем раньше. Почти все, что входит в категорию «необязательные радости», вроде мороженого Movenpick и слабосоленой рыбы. Пыталась заменить наполнитель для кошачьего туалета, но вернулась к прежнему, хоть он и стоит под полторы тыщи, но отечественные аналоги — гадость».
Влад, 43 года, предприниматель
«Бизнес-класс, пятизвездочные гостиницы в командировках, выплаты дивидендов сократил, выдавливаю из себя «Азбуку вкуса». Стал есть бизнес-ланч и носить скидочные карты, закрыл кредитки. Последний оплот — водитель, от которого откажусь уж когда совсем припрет. Отменил корпоративы и впервые не выплатил традиционные премии перед новым годом».
Милена, 44, редактор
«Не отказалась, но удивилась. Журналы в Шереметьево, которые я всегда покупала в полет, подорожали в два раза. Купила один вместо трех».
Анжелика, 27 лет, дизайнер
«Перешла с Wolford на Falke. К осени наверное меня ждет Omsa… Это колготки».
Ольга, 39, режиссер
«Не найдя артишоков, да и самого магазина на районе, попыталась замариновать капусту по рецепту артишоков. «Мне нравится твой авантюризм», — похвалил муж. Но вкус получился не совсем тот. Так что приходится гулять за артишоками на Дорогомиловский рынок. Они стоят 150 р. за сто грамм. Это дешевле, чем в Европе, но раньше я могла себе позволить не знать, сколько они стоят. Я вегетарианка, и мой салат всегда будет крутым».
Кирилл, 41 год, менеджер
«Отказался от рибая и французского вина. От апгрейда велосипедов просто потому что надоела цветовая гамма и хочется красненьких деталек. От пары интернет-подписок, потому что они в долларах, и раньше я этих сумм не замечал, а теперь замечаю. Не сказать, что ничему из этого нет замен, но пришлось искать их. А знакомая продала машину».
Полина, 41, промоутер
«Выгнала не работающего мужа, стало реально дорого его содержать».
Ирина, 42, музейный работник
«Перестала покупать шмотки просто ради развлечения. К тому же те, что есть, и так в шкаф не влезают. От путешествий отказываться не хочется — обдумываю гостинцы с общей ванной. Еще пыталась вместо «Перекрестка» ходить в «Пятерочку». Там реально дешевле, но очень противно, не смогла».

Скандал вокруг футбольного матча Россия-Черногория получил неожиданное развитие. Несмотря на вопиющее нарушение порядка болельщиками черногорской сборной, UEFA рассматривает возможность наказания также и российской команды за поведение ее фанатов.