«Я позвонила ему весной, предложила вести блог на «Эхе». Он болел. Сказал: «Алла, не обещаю. Совсем худо». И вдруг перезвонил вечером. «Я думал весь день и понял, что говорить надо. Надо говорить, Алл!» И тут же начал диктовать текст», – рассказывает Алла Максимова. «Сил уже нет, нервов нет. Только и осталось, что сигнал бедствия подавать»; «нужно говорить, время такое. Потом поздно будет», приводит она фразы уже покинувшего нас артиста. Для него теперь уже говорить и вправду поздно.

Бабу-ягу запретят за каннибализм, а голубой вагон – за пропаганду гомосексуализма.