Германо-советский пакт поэтому определенно исключает применение силы
между этими двумя странами. Оба государства дали друг другу обязательства
консультироваться и экономически сотрудничать. Это является решением
колоссальной важности, значение которого для будущего трудно даже
предвидеть..." Пакт был ратифицирован и в Берлине, и в Москве в четверг,
сказал Гитлер. Гитлер заявил, что он может присоединиться к каждому слову,
которое сказал народный комиссар по иностранным делам Молотов — Скрябин.
Во время пребывания в Берлине в течение 12--13 ноября сего года
Председатель Совета Народных Комиссаров СССР и народный комиссар иностранных
дел т. В. М. Молотов имел беседу с рейхсканцлером г. А. Гитлером и министром
иностранных дел г. фон Риббентропом. Обмен мнений протекал в атмосфере
взаимного доверия и установил взаимное понимание по всем важнейшим вопросам,
интересующим СССР и Германию.
Тов. В. М. Молотов имел также беседу с рейхсмарша-лом г. Герингом и
заместителем г. Гитлера по партии национал-социалистов г. Гессом.
14 ноября утром Председатель Совета Народных Комиссаров СССР и народный
комиссар иностранных дел т. В. М. Молотов выехал в Москву.
источник фотографий: 1418.ru
"Хроника первых месяцев Великой Отечественной Войны в фотографиях" — первые месяцы войны — судя по фотографиям весь 1941 военный год...
инфо ко 2-ой фотографии:
Классикой “летописи Великой Отечественной” стала фотография “Первый день войны”, сделанная известным фотокорреспондентом Евгением Халдеем: москвичи возле уличного репродуктора слушают выступление Молотова. Автору этих строк довелось однажды получить письмо от одного из персонажей знаменитого снимка.
“Было это 22 июня 1941 года, — написала москвичка Валентина Смирнова. — Утром я вышла из дома по Большому Власьевскому переулку и направилась за покупками… Не спеша дошла до Арбатской площади, затем по Воздвиженке до Военторга. Там ничего не купила и решила идти в ГУМ. Настроение было тревожное, по радио объявили о предстоящем правительственном сообщении. Люди на улицах собирались группами и чего-то ждали. У одного из репродукторов, установленных на Никольской (ее переименовали в улицу 25-го Октября), остановилась и я. И вдруг услышала, как Молотов произнес: война!.. Уже значительно позднее, в 1960-е, однажды увидела в газете фото Е.Халдея “Первый день войны” и узнала себя (в первом ряду справа налево — третья). Вот так я попала в историю страшной войны…”
Открыв утром 22-го свежий выпуск “Московского комсомольца”, москвичи могли узнать, например, о том, что в Киевском райкоме комсомола прошло совещание пионервожатых, посвященное сбору металлолома; на ВСХВ состоялась встреча делегаций марийских и чувашских колхозников; Тушинская чулочная фабрика до 1 июля успеет выпустить 109 200 пар чулок сверх полугодового плана… А на первой полосе столичной молодежки читателей информировали о проведении через месяц, 20 июля, крупного спортивного мероприятия: в Белокаменной пройдет Всесоюзный день физкультурника, и на Красной площади должны состояться большой парад физкультурников и футбольный матч. Впрочем, военная тематика в номере от 22 июня 1941 г. все-таки присутствовала. “МК” опубликовал очередные вести с фронтов Второй мировой. В сводке германского командования, переданной из Берлина 21-го числа, сообщалось о потоплении немецкой подлодкой в Северном море английского вспомогательного крейсера, о бомбардировке англичанами населенных пунктов в Северной Германии.
— Знаменитый диктор Юрий Левитан рассказывал, какая глупейшая ситуация сложилась тем трагическим утром 22 июня. В Радиокомитет названивали корреспонденты из Киева, Минска, Прибалтики: “Война началась!” Но из Москвы им в ответ: “Не может быть никакой войны!” “Да нас уже бомбят немцы! Вот послушайте — взрывы же слышны в телефонной трубке!” — “Не паникуйте. Это провокация!..” Потом председатель Радиокомитета все-таки распорядился, чтобы на всякий случай вызвали на работу Левитана. А через некоторое время у здания Радиокомитета затормозила машина с фельдъегерем из Кремля — он доставил огромный пакет, весь в сургучных печатях. Но когда местное начальство его вскрыло, внутри оказалась узенькая бумажка всего с двумя строчками, которые следовало передать в эфир: в 12 часов дня будет транслироваться важное правительственное сообщение…
— Некоторые — и таких было, поверьте, немало, не только мальчишки, но и взрослые, — даже радовались, — вспоминал один из московских старожилов, Степан Махотко. — Мол, вот, наконец-то мы сможем этому проклятому Гитлеру и его генералам набить морду! Сейчас наша непобедимая Красная Армия покажет фашистам свою мощь — и, как говорится, “малой кровью, на чужой территории” освободит германский пролетариат от гнета нацистов!.. Порой среди людей, столпившихся возле уличных репродукторов, даже возникали споры и перебранки: за и против войны. И все-таки большинство было подавлено услышанной информацией… А еще, помнится, все в тот день недоумевали, почему по радио с обращением к населению выступил Молотов, а не сам Сталин. Среди горожан ходили слухи: любимый вождь будет говорить со своим народом по радио чуть позднее — в 4 часа... в 6 часов... в 8 вечера… Но время это приходило, а Иосифа Виссарионовича в радиоэфире по-прежнему не было....
4 июля был опубликован Указ Президиума ВС СССР “Об установлении на военное время временной надбавки к подоходному налогу с населения”. Из этой официальной публикации граждане узнали, что отныне придется дополнительно раскошеливаться “на одоление супостата”: подоходный налог им увеличили в полтора-два раза, а что касается тех, кто подлежит призыву в армию, но не мобилизован (то есть получил так называемую “бронь”), то для них теперь подоходный увеличивается на 100 и даже на 200%.
Александр Добровольский корреспондент МК
Комментарии
между этими двумя странами. Оба государства дали друг другу обязательства
консультироваться и экономически сотрудничать. Это является решением
колоссальной важности, значение которого для будущего трудно даже
предвидеть..." Пакт был ратифицирован и в Берлине, и в Москве в четверг,
сказал Гитлер. Гитлер заявил, что он может присоединиться к каждому слову,
которое сказал народный комиссар по иностранным делам Молотов — Скрябин.
Председатель Совета Народных Комиссаров СССР и народный комиссар иностранных
дел т. В. М. Молотов имел беседу с рейхсканцлером г. А. Гитлером и министром
иностранных дел г. фон Риббентропом. Обмен мнений протекал в атмосфере
взаимного доверия и установил взаимное понимание по всем важнейшим вопросам,
интересующим СССР и Германию.
Тов. В. М. Молотов имел также беседу с рейхсмарша-лом г. Герингом и
заместителем г. Гитлера по партии национал-социалистов г. Гессом.
14 ноября утром Председатель Совета Народных Комиссаров СССР и народный
комиссар иностранных дел т. В. М. Молотов выехал в Москву.
"Хроника первых месяцев Великой Отечественной Войны в фотографиях" — первые месяцы войны — судя по фотографиям весь 1941 военный год...
Классикой “летописи Великой Отечественной” стала фотография “Первый день войны”, сделанная известным фотокорреспондентом Евгением Халдеем: москвичи возле уличного репродуктора слушают выступление Молотова. Автору этих строк довелось однажды получить письмо от одного из персонажей знаменитого снимка.
“Было это 22 июня 1941 года, — написала москвичка Валентина Смирнова. — Утром я вышла из дома по Большому Власьевскому переулку и направилась за покупками… Не спеша дошла до Арбатской площади, затем по Воздвиженке до Военторга. Там ничего не купила и решила идти в ГУМ. Настроение было тревожное, по радио объявили о предстоящем правительственном сообщении. Люди на улицах собирались группами и чего-то ждали. У одного из репродукторов, установленных на Никольской (ее переименовали в улицу 25-го Октября), остановилась и я. И вдруг услышала, как Молотов произнес: война!.. Уже значительно позднее, в 1960-е, однажды увидела в газете фото Е.Халдея “Первый день войны” и узнала себя (в первом ряду справа налево — третья). Вот так я попала в историю страшной войны…”
Александр Добровольский корреспондент МК
Счастья и здоровых детей, братухи...