Поломанный

Монголб, а ты ноликом вышивать умеешь ?

– Нюрка, сучка, а я к тебе еду. Ты чего не сказала, что ты сегодня на работе? – удивился покусанный.
– Это кто? – строго спросил сучку щуплый медбрат, лет тридцати пяти.
– Иннокентий Полуэктович, – смущаясь, забормотала Нюра, – Я вам потом всё объсню. Тут человека надо спасать.
– Этот человек как-то слишком фамильярно с тобой разговаривает, дорогая.
– Дорогая?! – возмутился Гоша.
– Брат! Гошенька! Иннокентий сегодня сделал мне предложение, – вдруг воскликнула бесстыжая Нюрка, – Я не успела тебя предупредить. Не сердись, братик.
– Да ты ахуела что ли, курва? Забыла, как у "братика" неделю назад леденец за щеку тащила?
– Не сметь так разговаривать в присутствии женщины! – интеллигентный Кеша начал что-то подозревать. – Какой леденец, Анюточка? Я ничего не понимаю.
– Слышь, Ебукентий, тяни ногу отсюда. Моя это баба. А леденец – это хуй. Мой! Личный! Я его самостоятельно отрастил и совал ей в пасть в прошлую пятницу. А ей нравилось. Так понятно? – навел резкость в ситуации Гоша. Ебукентий покраснел, поднатужился и полез в залупу. Переворачивая казенный инвентарь, в кровавой схватке сцепились оба ёбыря. Покусанный среднетяж Гоша и рахитичный мухач очкарик оружием поединка выбрали костыли. Пока Кеша презабавно пытался ткнуть противнику в глаз, Гоша изловчился и въебал с размаху санитару в ухо, но пребольно. Нюрка забилась в угол и, повизгивая, хранила нейтралитет, на всякий случай. Заслышав грохот, водила остановился и поспешил на помощь Полуэктычу. Вдвоём они отобрали у Гоши костыль и задорно набили ему ещё с утра такой радостный ебальник. После чего выкинули его владельца из машины в лужу.

А Сюся написал мистический триллер.

Девочка Маша подошла к Антону и волевым, хорошо поставленным голосом заявила:
— Будем дружить.
— Будем, — поспешно заявил Антон.
— Пошли ко мне домой. Мама оладушек напекла. Со сгущенным молоком, — предложила девочка Маша с нехарактерным для нее смущением в голосе.
— Пошли, — не задумываясь согласился Антон.
Они шли вместе и мечтали каждый о своем.
«Как хорошо, что у меня появился друг», — мечтала девочка Маша.
«Как хорошо, если бы ее машина сбила или трамвай», — мечтал Антон.
Вот так легко и непринужденно девочка Маша нашла друга, а Антон — цель в жизни.
***
Они шли взявшись за руки. Смеркалось. Прячась за огнеупорной дверью, прислушивались к каждому шороху Медведи. Стонал на больничной койке вышедший из комы Серый Волк. Тихо и осторожно радовались жизни Крошка-енот, Кролик, Хрюша. И только Опоссум молчал.