Поломанный

Блядь, гвозди из этих тайцев делать!

Толерантность?

Очень красивая сова, из финляндии (почти обоина)

1. Прямота и искренность в утверждении на всех поприщах даруемых населению благ гражданской свободы и установление гарантий сей свободы.
2. Стремление к устранению исключительных законоположений.
3. Согласование действий всех органов правительства.
4. Устранение репрессивных мер против действий, явно не угрожающих обществу и государству,
и 5. Противодействие действиям, явно угрожающим обществу и государству, опираясь на закон и в духовном единении с благоразумным большинством общества.
Само собою разумеется, что осуществление поставленных выше задач возможно лишь при широком и деятельном содействии общества и при соответствующем спокойствии, которое позволило бы направить силы к плодотворной работе. Следует верить в политический такт русского общества. Не может быть, чтобы русское общество желало анархии, угрожающей помимо всех ужасов борьбы расчленением государства.

Лапа, ты хде? Без выложенных тобой сисек чат как то не полный!
Не обижайся на нас, мужиков! Мужики и женщины — это разные народы, даж ученые это признали!

Снова Дмитрий Быков:
Ты меня на рассвете разбудишь,
Я проснусь от тяжелого взгляда:
– Нам на марш, дорогой! Не забудешь?
– На какой? – А какой тебе надо?
Выбор есть, не изволь сомневаться,
Я б тебя не будила иначе.
В Люблине собираются наци,
В ВВЦ собираются «Наши».
Гастарбайтеров тянем на жиле
И кавказцев катаем на шее...
Кто там русский – они не решили,
Но, наверное, тот, кто страшнее.
И кавказцы выходят на трассу,
Разозлившись от этих идиллий,
Потому что верховному классу
Это нравится – чтобы ходили.
Едут в Нижний тандемцы монаршьи,
Неразлучны, как карие вишни...
Лишь евреи не ходят на марши:
Говорят, они все уже вышли.
Я отвечу: – Ты мыслишь, как хоббит,
Коротышка, мечтавший о славе.
Для того они только и ходят,
Чтоб не помнить, куда их послали.
Чтобы зиги кидали и хайли,
Громыхая, как ливень по жести,
И знаменами чтобы махали,
И не знали, что ходят на месте.
Эти страхи сначала раздуют,
А когда они нас обессилят –
Все, что надо, спокойно разрулят,
А потом осторожно распилят.
Я-то помню, поскольку постарше,
Что Россия без визгов и плачей
Не ходила на русские марши,
Но и русской была, и ходячей.
И не верила всякому блуду,
И не падала в черную жижу...
Я, конечно, ее не забуду,
Но боюсь, что уже не увижу.

"На Варшавке дело было…
Мы возвращались из разведки. Десять человек. Ходили через линию фронта — армию Ефремова искали. 33-я тогда выходила из-под Вязьмы. А нам, разведчикам, приказ: встречать выходящих и выводить их по безопасным коридорам сюда, на позиции нашей 50-й армии.
Никого мы не встретили. Четверо суток бродили по лесам, заходили в деревни, спрашивали. Нет, никто не проходил. Как потом оказалось, Ефремов выходил северо-западнее нашего участка. Однако я не к тому. Стали мы возвращаться, и на выходе уже случай у нас такой вышел…
Самое опасное — перейти Варшавку. По шоссе часто передвигались немецкие патрули — легкие танки или бронемашины с пулеметами. Попадешь на такой патруль — крышка. Варшавку решили переходить рано утром. За две недели до этого, днем, напоролись на пулемет. Стали переходить — и попали. Троих в плащ-палатках принесли… Дождались, когда рассветать начнет, когда самый сон, и побежали. Бежим! Вот уже противоположная обочина в двух шагах. А оттуда подхватывается такая же группа, человек десять — немцы! — и нам навстречу! Тоже, видать, разведка. Из нашего тыла возвращалась. Я своим: "Назад!"
Немцы тоже что-то закричали. Мы назад прыгнули. Они тоже. А один немец впопыхах замешкался и к нам попал. С перепугу не туда прыгнул. Лежит ни живой ни мертвый. Молчит. Мои ребята его воспитками, да из траншеи выпихивают — к своим, мол, беги.Как он бляснул туда через дорогу! Да с криком! Ребята засмеялись, так и грянули все разом. Слышим, и немцы за дорогой гогочут. Ладно, без стрельбы обошлось — и то хорошо. А расходиться все же как-то надо. С минуты на минуту патруль может появиться. Смотрим, немец один встал, автомат за спину закинул, кричит: "Иван, ты — правее! Я — левее!"
Слышим, зашумели, и вправду левее поползли. Только спины из кювета виднеются. Тогда я своим рукой махнул — выходить правее. Не обманули, пулемета там ихнего не оказалось.
Шоссе мы перешли благополучно. Никого на этот раз не потеряли. Так и разошлись.

тока фуфло это!
я когда пришел работать на кафедру в институте, в лаборатории делали электропогрузчик с задаваемым радиусом поворота от 0 до бесконечности.