ТАРЫ-БАРЫ

«Робот» — три часа индийской сказки.

Станцию «Мир» утопили, чтобы отдать монополию над космосом США

Предательство власти очевидно и зримо в разрушении основы современной государственной обороны — её космического оплота. Без мощной космической базы не может быть мощного государства, и концепция развития новейшего оружия, и современная доктрина ведения войн — всё основано на космосе. Но всё, что было достигнуто нами с 1957-го года в космосе, с первого в мире отечественного искусственного спутника Земли, всё это уничтожено под корень, уничтожено осмысленно и беспощадно.

Тёмным осенним промозглым вечером я поняла, что в моём животе поселился СЫН.
То, что это – СЫН, а не, к примеру, глист — я поняла сразу.
И очень ответственно стала его взращивать.
Я кормила СЫНА витаминами «Прегнавит», пичкала кальцием, и мужественно глотала рыбий жир.
СЫН не ценил моих усилий, и через пять месяцев вспучил мой живот до размеров пляжного мяча. И ещё он всё время шевелился и икал.

Лучший фильм о войне

Постсоветские фильмы о Великой войне представляют собой смесь злобного вымысла и неутолимой ненависти к победителям. А если выражаться более откровенными словами Дмитрия Пучкова, более известного как Гоблин, – «российское кино про Великую Отечественную войну – это густо замешанный кал». Потому не люблю глазеть, например, на художественные пляски на гробах мироносного барина Михалкова и совершенно отмороженных «общечеловеков», с кроличьей продуктивностью сочиняющих всякую муть про то, чего не было.

Считаю, что в день рождения маниакально-депрессивного ублюдка стоит напомнить, что его апостолы прекрасно осознают — под чьей сенью размещались портреты карлика:

Во время новогодних каникул люди часто ставят перед собой цели, которых хотят добиться в новом году.

Наступил теплый субботний день, природа порадовала. Несмотря на декабрь-месяц градусник за окном показывал +17 градусов и светило теплое солнце. Мы решили наконец-то съездить в пещеру Эмине-Баир-Хосар. Доехали по трассе Симферополь-Ялта до поворота на Мраморное, потом повернули и по грунтовой дороге добрались до пещеры Эмине-Баир-Хосар, расположенной на нижнем плато Чатырдага.

Дедушкам, бабушкам, папам и мамам посвящается…

Десять дней официальных (15-20 дней календарных) новогодних и рождественских праздников – серьезное испытание для большинства российских граждан. На повестке дня традиционные вопросы: что делать, чем заняться, кроме беспробудного празднования? Съездить в Куршевель покататься на лыжах, выпить шампанского по 6 тыс. евро за бутылку? Не хочется: еще встретишь там кого-нибудь из тех, которые целый год мелькают в телевизионном экране, и от одного вида которых уже мутит. В праздничные дни это опасно, поэтому вариант с Куршевелем отпадает.

Хочу в СССР…

Повод для ностальгии о прошлом в СССР – память о чистых и открытых отношениях: «Друзья остались там, а здесь их нет или почти нет». Но память о своем детстве плавно переходит в ностальгию по политическому режиму. Советский Союз ассоциируется с государственным развитием, размахом, имперской мощью, как и со спокойной, стабильной и счастливой жизнью.

Снаружи падает снег, и буйный ветер кружит его хлопья в молочно-белом свете уличных фонарей. Внутри же, под доходящей до потолка проекцией базилики Сан-Марко, три ряда празднично одетых зрителей в позолоченных гипсовых масках — загорелые женщины в блестящих украшениях и плотные мужчины, облаченные в костюмы от Armani and Hugo Boss, – оторвавшись от закусок, устремляют глаза на залитую светом сцену. «Dancing Queen» группы Abba сменяется нежным женским голосом, поющим партию из итальянской оперы. Из-за кулис выходит девушка, на ее затянутых по локти в алые перчатки руках сидят пухлые белые голуби. Повинуясь неслышной команде, они расправляют крылья и перелетают к ее партнеру во фраке. Свет гаснет, и в темноте возникает сияющая неоновым светом фигура дамы в кружевном чепце и кринолине. Из сетей под потолком медленно спускаются огромные белые воздушные шары. Коснувшись пола, они лопаются, и вверх в волнах бирюзового и пурпурного света взмывают четыреста наполненных гелием воздушных шариков. Новый номер: на авансцену выходят на ходулях женщины в масках. Их длинные, тяжелые платья, отделанные кружевами, колышутся в красных и зеленых лучах софитов. Череда танцевальных поз в стиле Возрождения, которые они принимают на десятифутовой высоте, захватывает дух. Когда они уходят за кулисы под крики зрителей: «Браво! Браво!», мы возвращаемся к ужину.

Если бы Млечина не существовало, его следовало бы выдумать. Никто не обнажает суть русского либерализма лучше, чем он. В телешоу «Суд времени» Млечин собрал в кулак весь авангард «демократии». Он дал ему слово. И мы увидели, что за четверть века эта публика со своих позиций не сдвинулась ни на миллиметр. Ни разрушение экономики, ни демографическая катастрофа, ни узаконенное беззаконие не сбили их с пути и даже не омрачили мыслей. Гвозди бы делать из этих людей…

Мы увидели ораторов, которые готовы бесконечно, в истерическом надрыве указывать на жертвы 30-х годов, но абсолютно равнодушны к жертвам 90-х. Мы увидели «гуманистов», по мнению которых, плата за Победу и спасение страны от уничтожения оказалась слишком высока, а за переход к дикому капитализму — не очень. А это сопоставимые цифры.