Хитрые греки набрали кредитов 300 млрд, а платить хрен. ЕС говорит, а мы возьмем активами, недвижимостью и т.д. Греки: а мы ничего не дадим. А платить будем столько сколько сможем. И забабахали референдум сегодня по этому поводу. Социализм! Национализация! Где Вадик?
Питерским спасибо за советы. Скорей всего будут или атракционы на Крестовском или прогулка на катере по Неве. От погоды в след. пятницу зависит. На каруселях сайт хороший, можно заранее немного спланировать.
В городе, из которого год назад были изгнаны российские «поребрики» и прочее отребье во главе с москвичом Гиркиным/«Стрелковым», сегодня отметили день освобождения от рашистских оккупантов и вспоминали погибших.
По этому радостному случаю перед зданием горсовета состоялся праздничный митинг и торжественное поднятие флага. На мероприятие собралось более двух сотен человек. Жители Славянска, волонтёры, бойцы добровольческих батальонов Киев-1 и Січ.
Ясно, понятно, короче из местных не пришёл никто.
Пошел как–то камазист Леха за грибами.
Грибов вроде не шибко было.
Зато Леха нашел заброшенную ракетную шахту.
Типа, крышка у неё слегка приоткрыта.
Залез он в шахту.
А там…
Медного кабеля видимо–невидимо.
На стопяцот миллионов. Или даже больше.
Но что там, в ракетной шахте, сумеешь оторвать голыми руками?
Побежал Лёха обратно в деревню. Собрал надежных мужиков. Сели они на трактор с ломАми в руках и погнали обратно в лес – медный кабель добывать и богатеями становится.
И, что вы братцы думаете?
Не нашли мужики той шахты, хоть и искали её неделю. Будто и не было никогда заброшенной ракетной шахты.
Такая вот она у нас переменчивая, Медной горы хозяйка. Поманит человека мастерового рублем серебренным, а потом передумает. А работный человек в погоне за рублем и последнего гроша медного лишится.
Барчук. Как вы хорошо работаете. Вас как звать?
Плотник. Нас как звать? Звали Хролкой, а нынче уже Хролом, да еще Савичем величают.
Барчук. Как вы хорошо работаете, Хр[ол] Сав[ич].
Плотник. Работать так уж хорошо. Зачем же плохо работать?
Б а р ч у к. А у вас есть балкон?
Плотник (смеется). У нас! У нас, паренек, такой балкон, что этот ваш никуда не годится. У нас балкон без окон. А войдешь, иди вон. Вот какой у нас балкон.
Барчук. Вы всё шутите. Нет, точно. . Есть у вас такой балкон? Я серьезно .
Плотник. Эх, паренек голубчик, балкон! Какой у нашего брата балкон! Нашему брату дай бог крышу над головой. А то балкон. С весны затеял строиться. Старую сломать — сломал, а новую всё не доведу. И теперь без крыши стоит, преет.
Барчук (удивленно). Отчего же?
Плотник. Вот и отчего же. А оттого, что силы не хватает.
Барчук. Да как же силы не хватает. Ведь вот вы нам работаете.
Плотник. Вам-то работаю, а себе не могу.
Барчук. Отчего? Я не понимаю, растолкуйте мне.
Плотник. Вырастешь, молодчик, поймешь. На вас работай, а на себя нельзя.
Барчук. Отчего?
П л о т н и к. А оттого, что лесу надо, а его нет, купить надо. А купила-то и нет. Вот у вас поработаю, мамаша заплатит, ты ей скажи, чтобы побольше заплатила, я в рошу поеду, осин пяток на верх возьму, тогда и крышу доделаю.
Барчук. А у вас разве своего леса нет?
Плотник. У нас леса такие, что три дня иди, конца не найдешь. Одно горе — не паши.
Б а р ч у к. А вот мамаша говорит, что ее больше всего наш лес мучает, все неприятности у нее от леса.
Плотник. В том-то и беда. У мамаши неприятности оттого, что леса много, а у меня неприятности оттого, что нет его ничего. Ну, с вами разболтался, работу забыл, а нашего брата не хвалят за это. (Берется за работу.)
Б а р ч у к. Я, когда вырасту, сделаю так, чтобы у меня ровно со всеми, всего ровно со всеми было.
Плотник. Вырастай поскорее, а то я не дождусь. Только, мотри, не забывай. И куда это я рубанок дел?
Старшина. Али нет никого?
Грушка. Мамка ушла за коровой, а Федька на барском дворе.
Старшина. Ну, так скажи мамке, что старшина, мол, заходил. Скажи, в третий раз поминаю, велел, скажи, беспременно принести к воскресенью подати, а то корову сведу.
Грушка. Как корову сведешь? Ты разве вор?А мы не дадим.
Старшина (улыбается). Вишь, шустрая девчонка какая. Как звать?
Грушка. Грушка.
Старшина. Ай, Грушка, молодец. Так ты слухай, так и скажи матери, что я хоть и не вор, а корову сведу.
Грушка. Зачем же ты корову сведешь, коли ты не вор?
Старшина. А затем, что положено, то плати. За подати сведу.
Грушка. Какие такие подати?
Старшина. Эка девчонка, зелье. Что подати? А такие, что от царя положено, чтобы платил народ.
Грушка. Кому?
Старшина. Известно кому. Царю. А уж там рассудят кому.
Грушка. Разве он бедный? Мы бедные. Царь богатый. Зачем же у нас брать?
Старшина. Он не себе. Он на нас же, дураков, на наши нужды, на начальство, на войску, на ученье. Нам же на пользу.
Грушка. Какая же нам польза, что корову сведешь? Это не польза.
Старшина. Вырастешь, поймешь. Так смотри, скажи мамке.
Грушка. Не стану говорить глупости. Что вам с царем нужно, делайте сами, а что нам нужно, мы сами себе сделаем.
Старшина. И яд же девка будет, дай вырастет.
Комментарии
бей буржуев!
Звездою севера явись!
не пали
По этому радостному случаю перед зданием горсовета состоялся праздничный митинг и торжественное поднятие флага. На мероприятие собралось более двух сотен человек. Жители Славянска, волонтёры, бойцы добровольческих батальонов Киев-1 и Січ.
Ясно, понятно, короче из местных не пришёл никто.
Грибов вроде не шибко было.
Зато Леха нашел заброшенную ракетную шахту.
Типа, крышка у неё слегка приоткрыта.
Залез он в шахту.
А там…
Медного кабеля видимо–невидимо.
На стопяцот миллионов. Или даже больше.
Но что там, в ракетной шахте, сумеешь оторвать голыми руками?
Побежал Лёха обратно в деревню. Собрал надежных мужиков. Сели они на трактор с ломАми в руках и погнали обратно в лес – медный кабель добывать и богатеями становится.
И, что вы братцы думаете?
Не нашли мужики той шахты, хоть и искали её неделю. Будто и не было никогда заброшенной ракетной шахты.
Такая вот она у нас переменчивая, Медной горы хозяйка. Поманит человека мастерового рублем серебренным, а потом передумает. А работный человек в погоне за рублем и последнего гроша медного лишится.
Завтра может быть в Карелии.
А там и до Питера недалеко.
И кого вы там подбили?
Это меня сбили, я разведку проводил, хотел вновь к Октябрю переворот сготовить.
Плотник. Нас как звать? Звали Хролкой, а нынче уже Хролом, да еще Савичем величают.
Барчук. Как вы хорошо работаете, Хр[ол] Сав[ич].
Плотник. Работать так уж хорошо. Зачем же плохо работать?
Б а р ч у к. А у вас есть балкон?
Плотник (смеется). У нас! У нас, паренек, такой балкон, что этот ваш никуда не годится. У нас балкон без окон. А войдешь, иди вон. Вот какой у нас балкон.
Барчук. Вы всё шутите. Нет, точно. . Есть у вас такой балкон? Я серьезно .
Плотник. Эх, паренек голубчик, балкон! Какой у нашего брата балкон! Нашему брату дай бог крышу над головой. А то балкон. С весны затеял строиться. Старую сломать — сломал, а новую всё не доведу. И теперь без крыши стоит, преет.
Барчук (удивленно). Отчего же?
Плотник. Вот и отчего же. А оттого, что силы не хватает.
Барчук. Да как же силы не хватает. Ведь вот вы нам работаете.
Плотник. Вам-то работаю, а себе не могу.
Барчук. Отчего? Я не понимаю, растолкуйте мне.
Плотник. Вырастешь, молодчик, поймешь. На вас работай, а на себя нельзя.
Барчук. Отчего?
П л о т н и к. А оттого, что лесу надо, а его нет, купить надо. А купила-то и нет. Вот у вас поработаю, мамаша заплатит, ты ей скажи, чтобы побольше заплатила, я в рошу поеду, осин пяток на верх возьму, тогда и крышу доделаю.
Барчук. А у вас разве своего леса нет?
Плотник. У нас леса такие, что три дня иди, конца не найдешь. Одно горе — не паши.
Б а р ч у к. А вот мамаша говорит, что ее больше всего наш лес мучает, все неприятности у нее от леса.
Плотник. В том-то и беда. У мамаши неприятности оттого, что леса много, а у меня неприятности оттого, что нет его ничего. Ну, с вами разболтался, работу забыл, а нашего брата не хвалят за это. (Берется за работу.)
Б а р ч у к. Я, когда вырасту, сделаю так, чтобы у меня ровно со всеми, всего ровно со всеми было.
Плотник. Вырастай поскорее, а то я не дождусь. Только, мотри, не забывай. И куда это я рубанок дел?
Грушка. Мамка ушла за коровой, а Федька на барском дворе.
Старшина. Ну, так скажи мамке, что старшина, мол, заходил. Скажи, в третий раз поминаю, велел, скажи, беспременно принести к воскресенью подати, а то корову сведу.
Грушка. Как корову сведешь? Ты разве вор?А мы не дадим.
Старшина (улыбается). Вишь, шустрая девчонка какая. Как звать?
Грушка. Грушка.
Старшина. Ай, Грушка, молодец. Так ты слухай, так и скажи матери, что я хоть и не вор, а корову сведу.
Грушка. Зачем же ты корову сведешь, коли ты не вор?
Старшина. А затем, что положено, то плати. За подати сведу.
Грушка. Какие такие подати?
Старшина. Эка девчонка, зелье. Что подати? А такие, что от царя положено, чтобы платил народ.
Грушка. Кому?
Старшина. Известно кому. Царю. А уж там рассудят кому.
Грушка. Разве он бедный? Мы бедные. Царь богатый. Зачем же у нас брать?
Старшина. Он не себе. Он на нас же, дураков, на наши нужды, на начальство, на войску, на ученье. Нам же на пользу.
Грушка. Какая же нам польза, что корову сведешь? Это не польза.
Старшина. Вырастешь, поймешь. Так смотри, скажи мамке.
Грушка. Не стану говорить глупости. Что вам с царем нужно, делайте сами, а что нам нужно, мы сами себе сделаем.
Старшина. И яд же девка будет, дай вырастет.