-
13 янв 13Видимо, директор компании АВС Минна Раса – любитель тереться о след чужой задницы свои мягким местом. Клоун! Много там в «цивилизованной» европе таких грязных пидарастов развелось…
Даже элементарных правил гигиены не имеют(!) , а нас россиян поучать всё лезут. Свиньи европейские!
А то что «некоторые унитазы поломались» — так это проблема его вороватых снабженцев покупающих всякую непрочную дешёвку. Ибо любой общественный унитаз должен быть рассчитан и на тушу не менее 200кг весом, мало-ли кто зайдёт… )))) -
O13 янв 13"речь просто идет о разной культуре пользования туалетными помещениями"
стыдно... -
F13 янв 13Вот тут товарищ Ульянов правэльно сказал про чэхольчики. И еще один товарищ указал, что можно застилать бумагой. И это тожэ правильно. Но вообще-то такие нормэ культуры должны выробатэваться на уровни прэвычки.
Толка эсть одна сложнасть. В нашэх общэственных туалэтах сложнл выробатывать такэе прэвычки, правда сначала нада найти этот туалет. Но я думаю мы разберомся чей это недосмотр. А прэвычку можно и выробатать. Как говорят -"Еслэ зайца часто бить по ушам, то он в конце концов научэтся зажигать спичьки." -
-
F13 янв 13Поглядел. )))) Улыбнуло. Но -"дипломат изготовлен из прочного, но легкого алюминия и может выдержать до 80 килограмм" мне действительно сложно представить японца несущего дипломат с 80кг. дерьма.
-
-
R13 янв 13Русским свиньям всё равно всё похуй:). Инструкция?Какая нахуй инструкция:)
-
-
R13 янв 13Я тоже живу в европе, и как раз в финляндии, и вижу это всё своими глазами. И как раз идиот ты. И русские свиньи....Которым похуй на всё...Они ведь русские.
-
-
13 янв 13Правильно, кстати делают, хотя и унитаз может развалиться... Пьяные фины обсыкают сидения, — пусть сами на них и сидят!
Вообще-то, в общественных туалетах, в том числе и ж/д вагонах, самолётах и автобусах должна быть иная конструкция унитаза, хотя бы по соображениям гигиены. В общем, тупой пост у вас западный юра, не вникли в суть проблемы -
F12 янв 13"...Помню, лет пять тому назад мне пришлось с писателями Буниным и Федоровым приехать на один день на Иматру. Назад мы возвращались поздно ночью. Около одиннадцати часов поезд остановился на станции Антреа, и мы вышли закусить. Длинный стол был уставлен горячими кушаньями и холодными закусками. Тут была свежая лососина, жареная форель, холодный ростбиф, какая-то дичь, маленькие, очень вкусные биточки и тому подобное. Все это было необычайно чисто, аппетитно и нарядно. И тут же по краям стола возвышались горками маленькие тарелки, лежали грудами ножи и вилки и стояли корзиночки с хлебом.
Каждый подходил, выбирал, что ему нравилось, закусывал, сколько ему хотелось, затем подходил к буфету и по собственной доброй воле платил за ужин ровно одну марку (тридцать семь копеек). Никакого надзора, никакого недоверия. Наши русские сердца, так глубоко привыкшие к паспорту, участку, принудительному попечению старшего дворника, ко всеобщему мошенничеству и подозрительности, были совершенно подавлены этой широкой взаимной верой. Но когда мы возвратились в вагон, то нас ждала прелестная картина в истинно русском жанре. Дело в том, что с нами ехали два подрядчика по каменным работам. Всем известен этот тип кулака из Мещовского уезда Калужской губернии: широкая, лоснящаяся, скуластая красная морда, рыжие волосы, вьющиеся из-под картуза, реденькая бороденка, плутоватый взгляд, набожность на пятиалтынный, горячий патриотизм и презрение ко всему нерусскому — словом, хорошо знакомое истинно русское лицо. Надо было послушать, как они издевались над бедными финнами.
— Вот дурачье так дурачье. Ведь этакие болваны, черт их знает! Да ведь я, ежели подсчитать, на три рубля на семь гривен съел у них, у подлецов... Эх, сволочь! Мало их бьют, сукиных сынов! Одно слово — чухонцы.
А другой подхватил, давясь от смеха:
— А я... нарочно стакан кокнул, а потом взял в рыбину и плюнул.
— Так их и надо, сволочей! Распустили анафем! Их надо во как держать!
И тем более приятно подтвердить, что в этой милой, широкой, полусвободной стране уже начинают понимать, что не вся Россия состоит из подрядчиков Мещовского уезда Калужской губернии." (с)
Куприн Александр Иванович, русский писатель, январь 1908.
PS
минуло сто лет. ничо не поменялось.
Сделано с
NoNaMe