«Из-под земли достану, ноги вырвут с корнями»

Чушь! Резать и вешать! Вырезать печень и сжигать живьем! Гноить в казематах и вздергивать на любом подходящем суку! Вот лучшая политика в отношении любого, понимаете, слюнтяи, любого врага! Чтобы люди даже ночью не могли спать спокойно, мучаясь мыслями, где и как он случайно обмолвился, либо не выказал достаточно усердия, либо проглядел чью-то нерадивость или недостаточную преданность, А то вырыли могилу и прикидывают размер деревянного макинтоша. Вдруг велик будет? Непорядок. Лес нужно экономить.

Александр Александрович Фадеев. Молодая гвардия
Пусть эта книга будет твоим верным товарищем.Герои ее — твои сверстники. Если бы они жили сейчас, они были бы твоими друзьями. Береги эту книгу, ее написал хороший человек — для тебя.
... Эта злоба исподволь опустошала душу Фомина, но никогда она не была столь страшной и безнадежной, как теперь, потому что рухнула последняя, хотя и подлая, но все же духовная опора его существования. Как ни велики были преступления, какие он совершил, он надеялся на то, что придет к положению власти, когда все люди будут его бояться, а из боязни будут уважать его и преклоняться перед ним. И, окруженный уважением людей, как это бывало в старину в жизни людей богатых, он придет к пристанищу довольства и самостоятельности.
А оказалось, что он не только не обрел, но и не имел никакой надежды обрести признанную имущественную опору в жизни. Он крал вещи людей, которых арестовывал и убивал, и немцы, смотревшие на это сквозь пальцы, презирали его как наемного, зависимого, темного негодяя и вора. Он знал, что нужен немцам только до тех пор, пока он будет делать это для них, для утверждения их господства, а когда это господство будет утверждено и придет законный порядок — Ordnung, они прогонят или попросту уничтожат его.
Многие люди, правда, боялись его, но и эти люди и все другие презирали и сторонились его. А без утверждения себя в жизни, без уважения людей даже вещи и тряпки, которые доставались жене, не приносили ему никакого удовлетворения. Они жили с женой хуже зверей: звери все же имеют свои радости от солнца и пищи и продолжают в жизни самих себя. Кроме арестов и облав, в которых он участвовал, Игнат Фомин, как и все полицейские, нес караульную службу — дозорным по улицам или на посту при учреждениях...