незвездите! Ни какая партия лично мне ни чего не говорила и не указывал. Если ты был честным человеком, то ни каких проблем не было. А шакалам, которые не хотели честно зарабатывать, приходилось вертеться и иногда отсиживать заслуженные сроки.
За то сейчас, при дерьмократии творить можно всё. Все спишется на дерьмократию.
Я это еще на старых домашних фотках подметил, все люди улыбаются. Это не дежурное скажите сыр, даже люди заднего плана всегда улыбаются. Сделайте фото сейчас, в метро, трамвае, просто на улице.
Посмотрите на этих людей со старых фотоснимков, Как думаете что бы они сделали если бы увидели бомжа? Я вам скажу они подошли бы и стали помогать, спросили бы, что случилось, с СССР не было нищих, не было голодных.
Можно конечно рассказывать байки про то как в деревнях голодали, но это бред. В деревнях тоже говорят как стало хреново после того как колхозы отменили, и воруют и пьют и сосут лапу. Не осталось в деревнях сельских клубов, да и деревень стало сильно меньше....
Попробуйте сделать на улице улыбающиеся фотографии... Даже на праздниках и народных гуляниях это стало не так просто. А в СССР люди просто улыбались когда жили. ОНИ ВЕДЬ ЖИЛИ В СССР
Главное — пробок нет )))
Кстати, задумывался уже, там, здесь, тогда, сейчас. Какое было население, численность, по сравнению с сейчас?
Ага, нашел ru.wikipedia.org
Не вижу принципиальных скачков с 80-ых годов, так почему хрень такая с инфраструктурой?
в 1980 году было произведено 2,2 млн автомобилей, 1,2 из которых — легковые. За 2010 год автопарк увеличился (весь) на 1,5 млн.
Походу тогда не подумали, что за 20 лет не будет построено ни одной новой дороги, за очень редким исключением.
Не, я могу отдельно по Москве цифры найти. Но цифры были к тому, что в 80-х парк автомобилей рос не намного медленнее, чем сейчас. И дорог, в целом, хватало.
Есть, кстати, один интересный путепровод по Киевскому шоссе (с окружной жд). Путепровод имеет три пролета, по краям два широких, центральный узкий.
сейчас все четыре полосы (хотя чутка и сужаясь) проходят под крайним. Когда это строили, честно говоря не помню, на моей памяти так было всегда, но, походу, уже тогда оставили место под расширение, что бы не переделывать путепровод... А сейчас? Даже если что-то и строят, то впритык, что бы ни одного метра не пропало, без какого либо задела на будущее. Далеко ходить за примером не надо, таже самая Кивуха, только почти сразу за бетонкой, сужение в 2+2 полосы и два свежепостроенных пешеходных моста (а точнее их пролеты) как бы не предусматривают никакого расширения. хотя как выходные, там пробень километров на 10-15.
Сарка́зм (греч. σαρκασμός, от σαρκάζω, буквально «разрывать [мясо]») — один из видов сатирического изобличения, язвительная насмешка, высшая степень иронии, основанная не только на усиленном контрасте подразумеваемого и выражаемого, но и на немедленном намеренном обнажении подразумеваемого.
Рекомендую тем, у кого есть чувство юмора, почитать "Одноэтажную Америку" Ильфа и Петрова.... Взгляд в обратном направлении.... Типа "наш ответ Чемберлену" ;)
Мы воины стана Господня, мы бросили дом и детей,
Под нами усталые кони и выжженный вереск степей,
За нами пустыня и пепел, летящий горячим дождем,
Мы сушу минуем и море и все за собою сожжем.
Топча свою тень, мы отходим, но все же уносим с собой,
Как знамя, Господнего неба последний клочок голубой…
Песнь солдат, отступающих под натиском нечистой силы
Уку Мазинг
Мы воины стана Господня, мы бросили дом и детей,
Под нами усталые кони и выжженный вереск степей,
За нами пустыня и пепел, летящий горячим дождем,
Мы сушу минуем и море и все за собою сожжем.
Топча свою тень, мы отходим, но все же уносим с собой,
Как знамя, Господнего неба последний клочок голубой,
Бренчат наши кости сухие, иступлены наши мечи,
Изрублено тело, но сердце — как факел, горящий в ночи.
Мы тонем в кровавой пучине, нам рот залепило золой,
Садят наши раны, но песня не молкнет над грешной землей,
Мы дуем в дырявые трубы, скрываясь за полог огня,
Мы воины, мы трубадуры недальнего Судного дня.
И пусть эти долы и веси сгорят и погибнут в огне,
Мы пяди живой не оставим нечистых царю — Сатане.
Мы воины, мы трубадуры, увечный и голый отряд;
Мы те, кто назад не вернется, за труд не получит наград,
Кто ангельских крыл не коснется, кто злою судьбою гоним,
Уже никогда не предстанет, Господь, перед ликом Твоим.
Мы скоро умрем, но мы знаем, что кровь бесконечно нежна,
Святого престола Господня сумеет коснуться она.
И пусть только эта надежда нам брезжит на бранном пути,
Мы верим: на древе Господнем сердца наши будут цвести.
Рабы Твои, в гари и смраде мы помним небес синеву,
И Белый Корабль избавленья мерещится нам наяву,
И все же мы прочь отступаем, снимаем повсюду посты,
И топчем, и рубим, и рушим, и жжем за собою мосты.
Перевод Светлана Семененко
Комментарии
Давай, наделай.
За то сейчас, при дерьмократии творить можно всё. Все спишется на дерьмократию.
Посмотрите на этих людей со старых фотоснимков, Как думаете что бы они сделали если бы увидели бомжа? Я вам скажу они подошли бы и стали помогать, спросили бы, что случилось, с СССР не было нищих, не было голодных.
Можно конечно рассказывать байки про то как в деревнях голодали, но это бред. В деревнях тоже говорят как стало хреново после того как колхозы отменили, и воруют и пьют и сосут лапу. Не осталось в деревнях сельских клубов, да и деревень стало сильно меньше....
Попробуйте сделать на улице улыбающиеся фотографии... Даже на праздниках и народных гуляниях это стало не так просто. А в СССР люди просто улыбались когда жили. ОНИ ВЕДЬ ЖИЛИ В СССР
люди на улицах улыбаются, так контраст поразил...
Кстати, задумывался уже, там, здесь, тогда, сейчас. Какое было население, численность, по сравнению с сейчас?
Ага, нашел
ru.wikipedia.org
Не вижу принципиальных скачков с 80-ых годов, так почему хрень такая с инфраструктурой?
Походу тогда не подумали, что за 20 лет не будет построено ни одной новой дороги, за очень редким исключением.
про дороги верно.
Есть, кстати, один интересный путепровод по Киевскому шоссе (с окружной жд). Путепровод имеет три пролета, по краям два широких, центральный узкий.
сейчас все четыре полосы (хотя чутка и сужаясь) проходят под крайним. Когда это строили, честно говоря не помню, на моей памяти так было всегда, но, походу, уже тогда оставили место под расширение, что бы не переделывать путепровод... А сейчас? Даже если что-то и строят, то впритык, что бы ни одного метра не пропало, без какого либо задела на будущее. Далеко ходить за примером не надо, таже самая Кивуха, только почти сразу за бетонкой, сужение в 2+2 полосы и два свежепостроенных пешеходных моста (а точнее их пролеты) как бы не предусматривают никакого расширения. хотя как выходные, там пробень километров на 10-15.
Под нами усталые кони и выжженный вереск степей,
За нами пустыня и пепел, летящий горячим дождем,
Мы сушу минуем и море и все за собою сожжем.
Топча свою тень, мы отходим, но все же уносим с собой,
Как знамя, Господнего неба последний клочок голубой…
ru.wikipedia.org
Очень сильные стихи.
Уку Мазинг
Мы воины стана Господня, мы бросили дом и детей,
Под нами усталые кони и выжженный вереск степей,
За нами пустыня и пепел, летящий горячим дождем,
Мы сушу минуем и море и все за собою сожжем.
Топча свою тень, мы отходим, но все же уносим с собой,
Как знамя, Господнего неба последний клочок голубой,
Бренчат наши кости сухие, иступлены наши мечи,
Изрублено тело, но сердце — как факел, горящий в ночи.
Мы тонем в кровавой пучине, нам рот залепило золой,
Садят наши раны, но песня не молкнет над грешной землей,
Мы дуем в дырявые трубы, скрываясь за полог огня,
Мы воины, мы трубадуры недальнего Судного дня.
И пусть эти долы и веси сгорят и погибнут в огне,
Мы пяди живой не оставим нечистых царю — Сатане.
Мы воины, мы трубадуры, увечный и голый отряд;
Мы те, кто назад не вернется, за труд не получит наград,
Кто ангельских крыл не коснется, кто злою судьбою гоним,
Уже никогда не предстанет, Господь, перед ликом Твоим.
Мы скоро умрем, но мы знаем, что кровь бесконечно нежна,
Святого престола Господня сумеет коснуться она.
И пусть только эта надежда нам брезжит на бранном пути,
Мы верим: на древе Господнем сердца наши будут цвести.
Рабы Твои, в гари и смраде мы помним небес синеву,
И Белый Корабль избавленья мерещится нам наяву,
И все же мы прочь отступаем, снимаем повсюду посты,
И топчем, и рубим, и рушим, и жжем за собою мосты.
Перевод Светлана Семененко