Поломанный

Песня «Nothing Else Matters» начинается с перебора на открытых 1, 2, 3 и 6 струнах. Джеймс Хетфилд начал сочинять её, разговаривая по телефону, из-за чего у него была свободна только одна рука.

— Вот, дети, — мерно расхаживала по классу Лидия Ивановна, — скоро закончите школу, мальчики пойдут в армию, девочки выйдут замуж…
— Лидьванна! — отозвался с последней парты Марк Гольштейн.
— А зачем в армию?
— Что значит, зачем? — растерялась учительница. — Родину защищать!
— А что значит — Родина? — не унимался Марк.
— Родина? Ну как же, что занчит… Это … место, где ты родился!
— Значит я буду защищать Китай?
— Почему Китай!
— Я там родился.
— Нет, же, Родина — это не только то место, где ты родился, но где вырос…
— Ну так я там и рос! Целых пять лет!
— Пять лет — это слишком мало для понятия родины… ты же не говоришь по-китайски, не живешь традициями Востока…
— Нет, я по-китайски не говорю, я говорю по-русски, по-английски, немного по-французски…
— Значит Китай — не твоя родина. Твоя родина там, где родились так же твои предки…
— Мой отец родился в Петербурге, а мама в Кишеневе… Значит я буду защищать Россию и Молдову?
— Нет, ты будешь защищать ту страну, в которой прошло твое детсво, твои лучшие воспоминания…
— Алжир, мы там жили, пока мне не исполнилось 11 лет, у меня замечательные воспоминания об это стране!
— Нет.. не Алжир! Защищать страну, близкую по духу и вероисповеданию…
— Ммм.. ну поскольку я еврей, неужели защищать буду Израиль… Лидьванна! А как я буду защищать Израиль, неся службу в белорусской армии?
Очки Лидии Ивановны с кончика носа плавно перемещались все выше и выше, пока не оказались и вовсе на лбу. Класс с интересом наблюдал за происходящим. Марик прекрасно умел срывать уроки.
— Марик, — неуверенно сказала Лидия Ивановна. — Ты в белорусской армии будешь защищать Беларусь…
— Но если она мне совсем не родина! Что я там буду делать? Получается, что у меня совсем нет родины! А раз мне нечего защищать, значит в армию можно не ходить?
— В армию обязательно нужно ходить…
— Зачем?
— Чтобы стать настоящим мужчиной! — уверенности в голосе учительницы с каждым вопросом ученика становилось все меньше и меньше.
— Лидия Ивановна! Но ведь, чтобы стать настоящим мужчиной, нужна не армия!
— Что же? , — спросила она на свою беду.
— Ну вы столько лет живете, а как будто не знаете! Конечно же женщина!
Класс взорвался дружным хохотом. Лидия Ивановна побледнела. Трудно находить аргументы для подобных, пусть и логичных, заявлений. Она хотела попросить Марика пригласить к ней его родителей, но в данный момент забыла все слова. Спасительный звонок на перемену вывел ее из оцепения. Старшеклассники тут же загалдели, зашумели и разбежались.

Пивное наводнение произошло 17 октября 1814 года в Великобритании в лондонском приходе св. Джайлза (англ. St. Giles). На пивоварне «Мо и компания» на улице Тотенхем-Корт-Роуд, взорвалась цистерна с пивом объёмом 610 тысяч литров, вызвав цепное разрушение остальных баков в здании. В результате почти 1,5 миллиона литров пива выплеснулось на улицы. Пивная волна разрушила два дома и пробила стену паба «Tavistock Arms», завалив обломками барменшу.
Пивоварня располагалась среди бедных домов в трущобах Сент-Джайлза, где целые семьи жили в подвальных помещениях, быстро заполнившихся пивом. В результате погибло девять человек: восемь захлебнулось, один скончался от алкогольного отравления.
Родственники некоторых погибших выставили их тела для обозрения в своих домах и собирали плату с любопытных. Во время одной из таких демонстраций собралась такая большая толпа, что пол не выдержал и зеваки провалились в подвал, все еще заполненный пивом.

У всего есть свои плюсы
Вот у меня дaчa сгорелa... Зa городом...
Теперь у меня погреб печеной кaртошки и 4 коробки вaреной сгущенки.