Владимир Васильевич Перемолотов о себе: Желание писать ощутил еще в детстве. Тогда писал стихи, о которых сейчас просто не помню. Потом в 10-м классе вместе с товарищами, под влиянием прошлого литературного опыта, уроков истории и школьной скуки, писал поэму о коллективизации. Писать прозу попробовал в институте. Спасаясь от скуки на лекциях, вместе с товарищем сперва играли в буриме, а потом начали писать повесть из жизни ковбоев с интригующим названием «Пирушка коубоев». Самое удивительное, что мы ее написали, и она до сих пор лежит у меня где-то в тетрадях с надписью «История КПСС». Время от времени, когда я разбираю архивы, она попадается мне под руки, и я, наугад раскрыв тетрадь, перечитываю рукописные строки и удивляюсь — над чем это мы с Шурой так смеялись, что нас, бывало, выводили с лекции? Окончив институт, попал на работу в научно-исследовательский институт.
В свободное время писал какие-то мелкие рассказы, юморески, но писал, понимая, что дальше стола это никуда не пойдет. Просто самой собой что-то вылезало из меня, словно кто-то давил меня, словно тюбик с зубной пастой.
Уже в разгар перестройки написал научно-фантастическую повесть и отправил ее в «Уральский следопыт» — есть такой журнал. В те времена он был один из немногих, которые печатали фантастику. Не получив ответа понял, что не дорос еще до журналов и продолжил писать в стол. Потом, после 1991 года, стало не до творчества — приходилось думать о хлебе насущном. Несколько ближайших лет сложились так, что поиски денег отнимали все время. В те времена написал полторы или две сотни самых разных статей, напечатав их в самых разных журналах.
Примерно в те же времена я познакомился с Юрием Александровичем Никитиным, ныне известнейшим нашим писателем, а тогда впрочем, еще мало известным широкой читающей публике и он посоветовал мне попробовать себя в жанре фэнтези. Со временем я последовал его совету и написал «Талисман власти» в его серию «Княжеский пир».
