Qwester

Всё вокруг загажено. Из красивой машины, шуршащей впереди, вышвырнули мятую сигаретную пачку. О, наш менталитет! О эта ужасная страна!!

Причины нынешнего положения дел в стране мы ищем где угодно — в политике, экономике, быту, но почти никогда не задумываемся о морали. Возможно, потому, что при советской власти это понятие было дискредитировано. Один из самых проницательных и глубоких социологов и культурологов, главный редактор журнала «Искусство кино» Даниил Дондурей заглянул за «занавес» сознания современного россиянина. И задумался над тем, кто его сделал ТАКИМ.

— Даниил Борисович, обращаюсь к вам прежде всего как к социологу: какую из проблем вы считаете сегодня самой тяжелой и болезненной для российского общества?
— Конечно же, необъяснимый для меня внутренний запрет всех групп и структур нашего общества — никогда, за редким исключением, публично не обсуждать нынешнее состояние морали. Тут есть какая-то чуть ли не секретная договоренность: не рассматривать, вообще не упоминать эту тему, если речь не идет о «суперрейтинговых» трагических случаях. Как будто бы нет этой сферы и свойств жизни.

Брежнев — единственный за всю историю существования СССР человек, обладавший пятью золотыми звёздами Героя: одна звезда Героя Социалистического Труда и четыре звезды Героя Советского Союза. У маршала Жукова были только четыре звезды Героя Советского Союза, а у предшественника Брежнева Н. С. Хрущева — три звезды Героя Социалистического Труда и одна звезда Героя Советского Союза. Остальным Героям в СССР это звание и Золотая Звезда более трёх раз не вручались.

3 ноября 1969-го года, на Сясьском целлюлозно-бумажном комбинате состоялся торжественный запуск двух огромных английских бумагоделательных машин для производства туалетной бумаги, а через пару десятков лет в одном из КВНов справедливо заметили «В жизни каждого человека наступает такой момент, когда любая бумажка оказывается ценной» (диалог в общественном туалете: – Извините, у Вас бумажки нет? – Нет. – Тогда червонец по рублю не разменяете?).

Мальчики и девочки. Особенно девочки, потому что мальчикам как-то свойственно относиться к таким вещам с снисходительностью, как к мало касающимся их пустякам. В красное колесо вы — вот лично вы, не по одному и не по три на сотню читающих этот текст, — в течение ближайших десяти-пятнадцати лет попадете не за политический анекдот и не за неудачное социальное происхождение.

Гостил дядя из Хабаровска. Он был проездом — ездил к другу в Израиль. — Вот ты мне скажи, — говорил мне вчера дядя за столом, — почему у них нет в этом Израиле ни газа, ни нефти, а из земли одна пустыня, а все выращивают и живут они лучше? А? Можешь сказать? Под каждое дерево вода проведена — нет у них даже воды, а медицина? Сразу же страховой полис выдают. Моему другу сразу и выдали, прямо в аэропорту, как он из России в 90-х приехал. Пособие, страховку, съем жилья — все организовано. Пенсионеру!

— Так ведь воруют! — пытался я отбиться.

Алексей Дымовский выступил с очередным видеообращением. На сей раз он обратился к зрителоям из-под елки, в камуфляжной форме и с оружием в руках. Экс-милиционер призвал россиян вооружаться, запасаться продуктами первой необходимости и ждать, когда придет «время мужчин».

Когда Владимир Владимирович Путин поехал по стране на жёлтой «Калине», я негодовал.

Когда я учился в университете, то довольно часто ездил в Южную и Восточную Европу — исходил вдоль и поперек Трансильванию, Албанию. Я проводил в таких местах все летние каникулы, при этом получалось так, что год за годом я постепенно пересекал Европу, двигаясь на восток. И с географической точки зрения мой приезд в Россию был логичным. К тому же в 2002 году, когда я оканчивал университет, спецкору на Балканах делать было нечего. Война закончилась, в Сараево ни у одного издания не было своего бюро. А Россия — это Россия, здесь всегда что-то происходит.

Брат, если ты действуешь в сети под собственным именем, собственной фамилией и показываешь собственное лицо, а не аватар, будь готов ко всему.

Я попала в Россию в 1984 году в качестве корреспондента El Pais. Москва была всегда интересна — и тогда, и сейчас. В 1980-е разнообразие ее жизни не лежало на поверхности, все нужно было искать самостоятельно. Но это была Москва с литературными салонами, вечеринками, кухонными посиделками, тайными сборищами, которые нужно было долго и тщательно искать. Я ходила на концерты в ДК Горбунова, ездила на фестивали. В то время иностранцы не могли вот так запросто выехать из Москвы, на все надо было просить разрешение МИДа, и фестиваль бардовской песни возле станции «Санаторная» был абсолютно запрещенной территорией. Я бродила по дворам с молодыми социологами, которые в то время работали дворниками, и встречалась с Ильей Кабаковым и Франциско Инфанте. Тогда еще была жива Ольга Ивинская, муза Бориса Пастернака, и я успела с ней познакомиться. Она была настоящим литературным персонажем — очень энергичная, остроумная, а в ее маленькой квартирке жила канарейка и стоял огромный рояль.

В 2006 году я приехал в Cанкт-Петербург вместе с женой и тремя детьми. Мы жили в этом городе год: я учил русский, занимаясь с учителем по шесть часов ежедневно. Когда учишь иностранный язык, очень полезно попадать в неприятные ситуации. Приведу пример: когда я начал говорить по-русски, то пошел в театр и попросил в кассе два билета. Кассирша сказала: «У вас есть четыреста рублей?» И тут я в ужасе понял, что не понимаю, что значит «четыреста». Мне было неимоверно стыдно: кассирша раз за разом произносила слово «четыреста», но ситуацию это не улучшало. В итоге она написала число «400» на бумаге, и с тех пор я никогда его не забывал. мы с семьей всегда жили в нью-йорке и никогда — за границей. Россия, хоть местами и похожа на США, для приезжего человека выглядит несколько странно. Свою первую статью здесь я написал летом 2007 года. Она была посвящена тому, что летом отключают горячую воду.

Роскошные дворцы правителей-диктаторов всегда скрыты от посторонних глаз. После свержения тиранов, их роскошные резиденции, особняки и бункеры обычно остаются на разграбление мятежникам и мародерам.

27 октября В.В. Путин ужаснулся обнародованию кадров расправы над Муаммаром Каддафи: «…показывают, как весь человек в крови, раненый, еще живой и его добивают… это демонстрируется на экраны и миллионы людей смотрят, в том числе дети. Это не анимация какая-то, не художественный вымысел, это же картинки из жизни!»